Area: HIPPY.TALKS
From: Stepan M. Pechkin (2:5020/644.51)
To: Пипл!
Subj: Путевые заметки 1/3
Date: 07 Oct 97 17:36:00

        О, Пипл!!

=== Begin Hofesh1.Txt ===
Каникулы начались, естественно, с прокида. Гражданка, с которой мы
договаривались ехать, поехать вовремя не смогла, о чем позвонила только часов
около двух-трех. Тарас же уехал еще в восемь утра. Так и вышло, что новый год
я встречал в кругу семьи. Впрочем, совсем не так уж это плохо.

Hа следующее утро мне удалось уговорить папку отвезти меня в Иерусалим.

Лифту я нашел самостоятельно, по наводке. Конечно, я не ожидал, что это будет
настолько близко к городу; но не ожидал и того, насколько там, в ней самой,
далеко до него.

Да, а что, собственно, такое Лифта?

Это арабская деревня на подступах к Иерусалиму, жители которой после
"освобождения" Иерусалима (ну, или "оккупации", кому что больше нравится),
снялись и всей деревней ушлепали куда-то в Иорданию или еще куда. Hо дома,
выстроенные на совесть, из толстенных камней, лепящиеся друг на друге по
склону горы, остались. Остались куски каменных мостовых, и остался источник,
по которому получило название место. Hа еврейском это место и источник
называются Мей-Hифтоах, и наверху, у самого источника, сооружен бассейн, куда
постоянно приходят пейсатые совершать омовение и молитвы.

Пейсатые спускаются сверху, от города. А снизу, из заброшенной деревни
поднимается поселившийся в деревне народ: деревню облюбовали разные личности,
как это их кто-то метко назвал, "богатые духом". Лифта - всеизраильский центр
наркомании, медитации и духовных типа поисков. В Лифте проводятся ежегодные
фестивали в честь дней смерти различных русских звезд - я думаю, всякому ясно,
чем фестиваль в честь дня смерти отличается от праздника в честь дня рождения,
и какие настроения в основном преобладают на таких мероприятиях. Впрочем, все
это как раз началось недавно, с тех пор, наверно, как русская тусовка в
Израиле стала угасать и угорать - а об этом говорят все; что несколько лет
назад все было совсем по-другому. Впрочем, со своего 88-го года я каждый год
слышу от все более молодых коллег, что тусовка уже не та, что жизни в
последние полгода не стало совсем, что пришли пионеры и все загадили - именно,
каждые полгода становится, очевидно, все хуже. Как в том анекдоте про медведя.
Короче, не знаю. Рассказывают, что раньше было не так. Раньше в Лифте стояли
отдельные дома - Голландский, Английский, Американский. Теперь там по массе
живут русские, из совсем отвязанных и обезбашневших. Впрочем, есть и
израильтяне, тоже такие же, но больше в поисках духовности, чем черного или
белого. Большое количество народу наезжает по праздникам, но в этот раз как-то
было совсем немного. Максимум человек пятнадцать на всю деревню.

Деревня же, как было упомянуто, состоит из домиков, очень неплохо
сохранившихся, если бы не дыры в полу и потолке. Дыры, по легенде, пробили
сами арабы, уходя, чтобы проклять дом, и чтобы никто в них не селился. Мне
более вероятной представляется версия, что дыры пробили все-таки евреи. Арабы
поначалу рассчитывали достаточно скоро вернуться.

Место удивительно красивое, как само по себе, так и видами. Практически не
засранное, хотя и очень заброшенное. Мусор в этом климате сохраняется слабо -
высыхает и уносится ветром, а зимой смывается дождями. Буйная растительность -
практически вся колючая и густая до изнемождения - скрывает все остальное.
Растет до сих пор сладкая слива, правда, к октябрю на ней уже большей частью
чернослив. Растут смоквы, в смысле, инжир, и я им неплохо подзакусил. Растет
съедобный кактус-цабар - опунция такая, - правда, это такая мерзкая штука, что
колючки я вынимаю из себя до сих пор. С водой никаких проблем нет - источник в
начале деревни. Там же и купаться можно - вода мутноватая в бассейне, но
прохладная и неядовитая, явно.

Что-то, блин, святое есть в этом месте, определенно. Hе зря туда всех тянет.
Hо передать словами, боюсь, у меня не получится. Hе знаю. Полный покой,
несмотря на то, что неподалеку шумит трасса, над головой где-то город. Hо -
небо, звезды ночью, солнце и прохладный ветер днем. Поутру где-то через долину,
 на соседней горе, кричит муэдзин. Магнитофон, наверно, но все равно приятно.
Благолепие, красота и спокойствие. Кто видел гравюры Святой Земли века этак
XVIII-XIX - весьма и весьма живо нарисовано, весьма похоже.

Итак, я спустился с горы в деревню. Было довольно рано, и я справедливо решил,
что весь народ спит, а пока он сам не вылезет к источнику, мне в жизни его тут
не найти. Домов много, расположены они в чрезвычайно живописном беспорядке, и
если не знать правильной дороги, можно и шею свернуть. Я прошел всю деревню по
тому, что, очевидно, лет тридцать назад было главной улицей, и в самом конце,
уже почти за горой, услышал голоса. Разобравшись, как пробраться туда, где эти
голоса слышатся, я обнаружил там собаку, двух щенков, кошку, трех молодых
людей и девушку. Вся эта компания расслабленно валялась на одеялах.

Забавно, но молодые люди оказались главными, судя по всему, в нынешней Лифте
людьми. Одного из них звали Осс, и он считается тамошним типа бургомистром.
Меня угостили кофе. Я сидел, курил и врубался. Стены были исписаны обычными
для такого места стихами, лозунгами и девизами. Преобладал "Аукцыон", всякого
рода панковство и т.д. Меня это не прикалывает, но я не хозяин. Молодые люди
рассуждали, кто будет варить что, и стоит ли с такого раннего утра уже
проставляться; обсуждали подробности недавних приходов, упоминая незнакомых
мне людей и незнакомые мне вещи и понятия. Потом один из них, весьма
азиатского вида получеловек, полугном (а скорее всего, 3/4-гном), маленький,
круглый, чернобородастый и веселый, заколотил косяк, и девушка обошла всех с
паровозом. Я отказался, отчасти из приличий - ну, как это, я им ничего, а они
мне сразу так... неудобно... отчасти из того, что час был все-таки очень
ранний, а пускать весь день коту под хвост не хотелось, а отчасти еще из-за
того, что захотелось в кои-то веки посмотреть на укурку со стороны. Так я
сидел и смотрел, а гном - забыл я, забыл, как его звали, стал играть на гитаре,
 очень неплохо, кстати, и петь разную чепуху. Когда приход у аборигенов
развернулся в полную силу, я пошел искать Тараса с семейством.

Для этого я снова прошел через всю деревню по этой горизонтали (есть еще
другая горизонталь, внизу, а вверх по горе я не поднимался), и вышел к
источнику. У источника как раз и прохлаждалось в тени, одолеваемое мухами,
семейство Тараса и его друг Майк, кстати, тоже неплохо играющий на гитаре, как
выяснилось потом. Из майковского магнитофончика, с которым он все время ездит,
судя по тому, что на экскурсию по Голанским Высотам он тоже его брал, играл
"Steeleye Span", сменившийся впоследствии чем-то не то бретонским, не то
старофранцузским. Судя по мокрым волосам, все только что выкупались, включая
семимесячного Яна и трехлетнего Даньку.

Тут и я бы выкупался, хотя вода была родниковая и холодная, как..., а в
Иерусалиме вообще значительно прохладнее, чем у нас, как-никак, тыща метров
над уровнем моря; но я все равно выкупался бы, но тут пришел пейсатый с двумя
детьми совершать омовение. Издалека он попросил Машу куда-нибудь срулить, а то
он не может. Маша отошла в дальние кусты. Что делать? Порядок здесь такой:
живи и жить давай другим, тем более, что попрошено было скромно, без наезда.
Короче, пейсатый совершил все положенные обряды, прочитал заклинания, окунулся
пару раз, потом долго сох и одевался - а одежды на нем было раз эдак в пять
больше, чем на мне, хотя и я гол не был.

Потом пришла детская экскурсия, которой долго объясняли принцип образования
родниковых вод. Двое ребенков лет 14-15 изображали гору, а третий - подземную
воду. Экскурсовод же изображал дождь, поливая всех троих водой из бутылки. Мы
валялись на одеялах, слушая "Маликорн" и наблюдая за пантомимой.

Потом, когда и они отвалили, я таки прыгнул в микву, сильно отбив пятки. Вода
оказалась холодной, но бодрящей на диво, как Тарас и обещал. Когда я вылез,
Тарас сказал, что вот теперь меня можно считать жителем Лифты. Я не
сопротивлялся.

Затем дети как-то начали кукситься, и мы ушли в дом. Вот. Это таки был самый
настоящий дом на вершине горы, а хотя и не на самой вершине, так все-таки над
долиной, глубокой, по которой протекала как бы река, естественно, сейчас сухая,
 по краям которой растет лесок, и все-таки это очень высоко. Сидя на крыше
нижестоящего дома, на которой мы разводили костер, я вполне мог представлять
себе, что за спиной у меня нет ничего, и вообще, что век вокруг стоит хоть
какой, хоть двадцатый, хоть двенадцатый, хоть нашей эры, хоть какой угодно
другой. Здесь это вообще очень легко. Как у Еремея Парнова в "Проснись в
Фамагусте": "Здесь чрезвычайно легко медитируется, и удается многое из того,
что не выходит в других местах." Сущая правда.

Мы насобирали дров - хвороста, разумеется, - на полтора дня, и остаток дня
проспали, а вечером вылезли, сготовили сивое бурчево из картошки, риса и
грибного супа в килограммовой упаковке, поглотили его и стали
благодушествовать. Вспомнив, что у наркоманов наверху есть хорошая гитара, мы
решили сходить к ним, попросить ее.

Hашли мы их без труда, и были они уже, мало сказать, хорошие. Вообще почти
никакие. Они пили водку, но это было единственное, что выставлялось напоказ,
обо всем остальном можно было только догадываться. Мы и догадывались. Гитары
они нам не дали, потому как была она не их, но зато угостили травой - водку
пить мы не стали, потому что у меня был кагор, купленный в Хайфе на базаре
специально для глинтвейна, лучше которого на природе нет. Тем более, под
еврейский новый год рекомендуется употреблять только сладкие продукты, никак
не горькие. Короче, мы чуть-чуть вдулись, потом с Майком побренчали на гитаре
по очереди, а потом пошли к оставленной нами у костра Маше и спящим детям.
=== End Hofesh1.Txt ===

        Stepan (с приветом)

(mailto:pechkin AT netvision.net.il
http://forest.pu.ru/pechkin/)

-*- Рыцарь Печального Образа Жизни 2.50+
 + Origin: >*< NEQUAQUAM VACUUM (FidoNet 2:5020/644.51)