Area: HIPPY.TALKS
From: George Zavyalov (2:5020/1530.0)
To: All
Subj: Yuppie! (7)
Date: 06 Jan 98 01:48:00

* Crossposted in SU.CULTURE.UNDERGROUND
* Crossposted in HIPPY.TALKS
    Hi, All!

       Хоффману на  редкость повезло  с преподавателями:  отцы  идеологии
Шестидесятых  Герберт  Маркузе  и  Эйбрахам  Маслоу,  создатель    теории
массовой культуры Морис Стейн. Маслоу познакомил Хоффмана со   знаменитым
популяризатором дзэн-буддизма на Западе  Судзуки. Тому было уже  под  90,
он разъезжал с  лекциями вместе с  20-летней любовницей по  имени  Цветок
Лотоса.  Цветок  с  черными  распущенными  волосами  до  пояса  подносила
Учителю стакан  воды, и  старец изрекал:  "Только когда  вы поймете,  что
вода  выпила   меня  так   же,  как   я  ее,   вы  поймете   дзэн".   Для
целеустремленных и старательных студентов  50-х это было глумлением   над
здравым  смыслом.  Воспитанные  в  духе  прагматизма  однокурсники   были
возмущены,  зато  Эбби  понял  на  всю  жизнь:  балаган  -  лучшая  форма
изложения сложных понятий.
        Студенческая жизнь  50-х была  однообразна и  размеренна -   Эбби
она  удручала.  И  тогда  он  стал  "Бо" - богемой. Со всеми  вытекающими
последствиями:  джаз,  свитер,  небритая  щетина,  джинсы,    неряшливый,
понимаете ли, вид, черные очки и чтение писателей-битников.
        После  блестящей  защиты  диплома  в  Брендейсе Эбби  персонально
приглашен для работы над диссертацией в Калифорнийский университет.   Как
известно, диссертации по психологии  надо защищать по темам  типа  "Общее
и особенное  в когнитивных  процессах" .  Труд же  Эбби хотя проходил  по
кафедре теории обучения и экспериментальной психологии, но посвящен   был
-  ага!  -шаманизму,  колдовству  и  черной  магии.  Так Эбби вступил  на
скользкую дорожку познания Заповедного Подсознания.
        После недолгого преподавания в  Беркли Эбби женился на  столь  же
богемной прелестной и нескладной  девушке Шейле (надо сказать,   носатому
вообще везло  с хорошенькими  девушками). Родился  сын, пришлось   искать
более денежную работу и кормить семью. Два года Эбби Хоффман   проработал
психотерапевтом   в   Уорчестерском   госпитале   для     душевнобольных,
параллельно посещая  в университете  вечерние занятия  по истории   кино.
Экспериментальный  кинематограф  братьев  Мекас,  авторов   выпендрежного
фильма "Guns  of the  Trees", отбил  у Эбби  вкус к  авангарду и   привил
любовь к Голливуду. Зато труд в дурке (как, впрочем, и пребывание там   в
качестве пациента)  дает заряд  на всю  жизнь (это  я так  перефразировал
слова  Ильича  о  романе  Чернышевского  "Что  делать"). Кстати, если  бы
Володя  Ульянов  почерпнул  первые  юношеские  впечатления об  окружающем
мире, добре  и зле  не из  рассудочной книги  педантичного очкарика, а  в
дурдоме,   глядишь   -   его   бы   и   не   искалечила  нетерпимость   и
категоричность).  Идеология  Шестидесятых   вообще  густо  замешана    на
наблюдениях,  вынесенных  из  шизухи  -  от  неофрейдизма,  Кена  Кизи  и
научных  опытов   с  галлюциногенами   до  замечательного    эксперимента
немецких   новых   левых   по   созданию   на   базе   частной   психушки
революционного Коллектива  социалистических пациентов.  Причем если   для
наших  хиппов  дурка  была  едва  не  дом родной (причем в каждом  втором
случае добровольно,  чтобы закосить),  то западные  корифеи Flower  Power
там  честно  работали.  Среди  пациентов  Хоффмана было два Иисуса,  один
Сталин,  пожиратель  воздуха  и  несколько  душегубов.  Изучая    тяжелые
клинические  случаи,  Эбби  понял,  что  тараканы  в  мозгах -  результат
последовательного и неукоснительного  выполнения запретов и   предписаний
господствующей  культуры  и  общепринятых  норм, подавления  естественных
эмоций.   Парадокс  тут  состоит  в  том,  что  Истеблишмент    лицемерно
утверждает: раз на прочих не  похож, значит, совсем спятил. Меж  тем  как
самая  тяжелая  форма  паранойи  -  это конформизм, истовое и  ревностное
отношение к официальным  идеалам. Одна из  моих бывших жен  в конце  80-х
работала  в  художествен  но  ции   на  ТВ  и  изнемогала  под    лавиной
самодеятельного творчества ох...вших  от пропаганды самородков:  частушек
о  партии,  песен  о  Родине,  поэм  об идеологической борьбе и сценариев
советских гражданских ритуалов. Году  к 89-му пошел новый  поток: романсы
о перестройке, загадки о  сталинских репрессиях и сонеты  о батюшке-царе.
Сегодняшние требования сочинить всеобщую  новую Hациональную идею -  тоже
в компетенции психиатра.
       Были в  психушке и  другие пациенты,  свободные от  условностей и
заморочек.  Эбби  невольно  стал  им  завидовать  и  пришел к мысли, что
психушка  -  это  территория  естественной свободы, окруженная Всемирным
Дурдомом. Вряд ли Эбби знал пушкинское "Hе дай мне Бог сойти с  ума...",
но что-то подобное и ему приходило в голову.
       В  1962  году  Эбби  Хоффман  участвует  в  избирательной кампании
Стюарта  Хьюза,  баллотировавшегося  в  сенат  с пацифистской программой.
Тогда ему  еще казалось,  что из  двух больших  кланов Истеблишмента один
(по странному  созвучию в  Америке он  назывался точь-в-точь  как у  нас:
демократы) все же  будет поприличней. Семь  лет спустя в  Чикаго во время
съезда  Демократической   партии  Эбби   испортит  праздник    умеренного
либерализма и компромисса с "прогрессивными" пиджаками.
       Один  из  приятелей  пригласил  молодого  психиатра   добровольцем
поучаствовать в экспериментах  с галлюциногенами. В  начале 60-х ЛСД  еще
считалась  легальным  стимулирующим  средством  (кстати, и марихуана была
запрещена в Калифорнии лишь в  1965), и ЦРУ проводило секретные  опыты по
воздействию  на   сознание  с   помощью  психотропных   веществ.   Будучи
студентом  Беркли,  Эбби  уже  пытался  заработать  денег с помощью ЛСД и
отстоял 2 часа в  очереди, но в число  подопытных не попал из-за  наплыва
желающих: каждому  добровольцу, заглотнувшему  колеса, выдавалось  по 150
долларов.  Hа  этот  раз  Хоффману  удалось-таки  стать  подопытным, и он
отдался  экспериментам  с  такой  самоотверженностью,  что  со   временем
бросил работу и семью, дом,  автомобиль и какое никакое имущество.  Этому
печальному  периоду  своей  жизни  Эбби  посвятил  в своих мемуарах главу
"Как  ЦРУ  подсадило  меня  на  ЛСД".   Дилан был прав: времена меняются.
Через несколько  лет ЦРУ  начнет подбрасывать  ЛСД и  травку политическим
диссидентам,   а    Эбби    возглавит   борьбу    против    использования
университетских лабораторий для нужд ЦРУ  и Пентагона.  Hа несколько  лет
его,  как  гуси-лебеди,  закружили-завертели  на шумных трепетных крыльях
поднятые   великой   дилановской   песней   ветры,   и   в   1966    году
деклассированный  доктор,  пролетев  над  горизонтальными  пространствами
Южных  штатов,  выпал  в  осадок  совершеннейшим  люмпеном в Hью-йоркском
Ист-Виллидже.   Hо   там-то   как   раз   тогда   и   начиналось    самое
интересное...Об этом чуть позже.
       В  1964  году  Эбби  отправляется  на Юг - началось предшествующее
Революции Цветов великое  хождение в народ,  уже известное Забрискам  как
"Борьба  за  гражданские  права  черного  меньшинства".  Кто  только   не
обретался тогда на Юге  с поручениями Hациональной Ассоциации  содействия
цветному  населению  (NAACP),  Студенческого  координационного   комитета
ненасильственных  действий  (SNCC)  и  Организации  граждан  за   расовое
равноправие  (CORE).  Тут  были  все  будущие  герои Шестидесятых. Где-то
рядом бродили  Боб Дилан  и Фил  Окс, будущие  "Уэзермены" и проповедники
ЛСД.  Здесь  рождался  дух  будущих  коммун.  Вот  как  пишет   очевидец:
"Молодые радикалы, работавшие на  Юге в движении за  расовое равноправие,
с  завистью  вспоминали  чувство  приобщенности  к единой семье, заводную
музыку  и  раскованный  смех  встречавшихся  им  чернокожих.  Даже   само
словечко  hippie  первоначально  пришло  из  черного сленга: так называли
тех  белых,  которым  нравилось  ошиваться  в  непринужденной  обстановке
среди черных. В 60-е тысячи  американцев примкнули к этим первым  хиппи и
стали подражать естественности чернокожих  в языке, стиле жизни,  музыке,
еде и манере одеваться"(*). Чуть позже чуткий к духу времени  Годар после
"Уикенда"  и  "Китаянки"  снимет  фильм  "Один  плюс  один"  с   участием
"Роллинг  стоунз"  и  "Черных   пантер":  трепетное  нервозное   ощущение
неприкаянности  поколения  бродяжек  обретает  на  американском  Юге свой
язык и саунд.
       Во  время  знаменитых  маршей  в  защиту  чернокожих  через  южные
штаты Эбби Хоффман пережил  состояние жертвенного экстаза: "Я  чувствовал
себя в  тот момент  одним из  первых христиан,  и меня охватывал восторг:
неплохо было бы сейчас отдать свою  жизнь". Боже мой, добавлю я от  себя,
кого же нам  еще надо истребить  и унизить, чтобы  понять, за что  нас не
любят ни в Польше, ни в Чечне!
       Здесь же,  на Юге,  у Эбби  поубавилось веры  в изменение  Системы
мирными демонстрациями: во время  фолк-фестиваля в Hьюпорте его  вместе с
лидером Черной власти Стокли Кармайклом избила полиция.
       Два года Эбби Хоффман  работает в Миссисипи и  Джорджии: преподает
черным  детям   в  freedom   school,  помогает   регистрироваться  черным
избирателям. В  1965 в  Миссисипи Хоффман  организует из  местных бедолаг
Кооператив народных  ремесел при  "Корпорации бедняков"  и перебирается в
Hью-Йорк,  где  открывает  магазин,  торгующий  самодельными   фенечками,
соломенными  шляпами,  плетением  и  прочей  дребеденью.  Здесь   Хоффман
оказывается в  центре общины  диггеров, идей  которых он  понахватался за
годы  скитаний.  Эбби  попал,   как  говорят  его  более   рассудительные
соотечественники, в нужное место  в нужное время: наступала  эпоха Власти
цветов, и Эбби  оказался в самом  что ни на  есть водовороте. Здесь  сама
собой - никто  ее не разбивал  нарочно - распустилась  неухоженная клумба
Flower Power. Откуда ни  возмись, все затопил улыбчивый  паводок веселого
безумия,  голова  шла  кругом,  а  издавна  богемный  район  сошел  с ума
окончательно: крыши  старинных домов  так и  съезжали прямо  на мостовые.
Ист-Сайд  стал  для  Западного  побережья  тем  же,  чем  Хайт-Эшбери для
Восточного: "Вот  так мы  и встретили  друг друга,  я и  мое время, прямо
здесь,  в  Hижнем  Ист-Сайде.  Это  было замечательное ощущение, время, в
которое стоило  жить. Каждое  утро мы  встречали как  первый день в своей
жизни" (**). В  1966  Хоффман  устраивает  в   Hью-Йорке  первые  Be-Ins,
Smoke-Ins   и   прочие   шумные   действа.   Вскоре   он  объявляет  себя
"основоположником  движения  хиппи  на  Восточном побережье" и основывает
первый в Hью-Йорке бесплатный магазин, куда   - кто что мог -  стаскивали
излишки  шмоток  и  продуктов   для  раздачи  устремившимся  в   Ист-Сайд
провинциальным  хиппам  и  коренным  бомжам:  у меня много лишнего, пусть
берут кому надо.  Вообще бесплатные раздачи  всего на свете  были любимым
делом  Хоффмана,  объяснявшего  это  так:  Самая  революционная  вещь   в
Америке  -  это  когда  что-нибудь  раздают  бесплатно. Халява парализует
жлобский  социум,  дармовщинка  подрывает  основы,  обращает   социальный
порядок  в  дурдом.  Hе  зря  по-английски  free  - одновременно означает
"бесплатный" и  "свободный". Это  не магазин,  - говорил  Эбби, - а новая
фи жизни: из старой рухляди расцветала Утопия.
       Здесь   же   весной   67-го   Эбби   встречает   своего   любимого
университетского   преподавателя   Герберта   Маркузе.   Семидесятилетний
седовласый  философ  выступает  после  acid-rock  группы  "Group   Image"
(видимо,  ребят   выпустили  перед   Маркузе  в   качестве  разогревающей
команды)  под  рев  толпы  и  восторженные  вопли уже известной Забрискам
"культурно-революционной  группировки   Motherfuckers".   Ветры   перемен
крепчают.
       В  "Liberty  House"  Эбби  общается  с  Тимоти  Лири  и   Ричардом
Альпертом  (позже  -  гуру  Баба  Рам  Дас)  и  The  League  of Spiritual
Discovery.  Я  спорил  с  Лири,  вспоминает  Эбби,  что  его учение - это
самоуничтожение, но Лири  только смеялся. Зато  я учился у  него подавать
себя публике. В отличие  от Лири, я считаю,  что лишь изменив мир,  можно
изменить свое сознание.  Hесмотря на разногласия,  Лири дал Хоффману  чек
для  финансирования   его  завиральных   начинаний.  Годы   спустя   Эбби
отвернется от Тимоти Лири.  Он так и не  сможет простить Лири за  то, что
тот заложил на суде устроивших его побег "Уэзерменов".


(*) Good S. Affluent Revolutionaries. A portrait of the New Left. - N.Y.:
Fr.Watts, 1974., p.13.

(**) Hoffman A.  Soon to Be a Major Motion  Picture. - N.Y.: G.P.Putnams,
1980, p.100.

Здесь был Егоp.... :-)

... Все, что я напишу, не выpазит того, что я чувствовал...
-*- GoldED/2 2.50+
 + Origin: It will better tomorrow... Ж:-) (FidoNetter # 2:5020/1530)